Журналистка Дарья Корнилова, побывавшая на процессе по делу лидеров ингушского протеста 27 июля, передала подробности заседания в своем посте в Facebook.

Обвиняемые по «Ингушскому делу» выглядят здоровыми и жизнерадостными, что не может не радовать. 27 июля заслушали четырех свидетелей защиты.

Заместитель муфтия Ингушетии Магомед Хаштыров сообщил суду, что действия подсудимых были направлены на то, чтобы недовольство людей направить в законные рамки. По его словам, общественное недовольство властью было очень большое и было вызвано подписанным втайне соглашением, а также коррупцией в республике.

О подсудимых он сказал: «Люди адекватные, характеризовать их я могу только с положительной стороны. Люди достойные нашего общества. Мы знаем, что наше ингушское общество более строгое, мы даже мелочей не можем друг другу прощать. Они показали себя достойными членами нашего общества как граждане республики, как мусульмане».

Магомед Хаштыров отметил, что для представителей власти подсудимые оказали большую услугу по технической организации митинга, так как «взяли на себя ответственность, чтобы это не происходило стихийно». «Ни одно мероприятие в Ингушетии, а это похороны, свадьбы, не проходит без молитвы, чтобы эти люди вернулись домой. Люди молятся каждый день, каждое мероприятие», – добавил заместитель муфтия. Он также рассказал о вмешательстве экс-главы Ингушетии Юнус-Бека Евкурова во внутреннюю политику муфтията.

Диалог с прокурором Магомеда Хаштырова строился примерно следующим образом:
– Вы сказали, что они не обладали политическим весом, а каким тогда образом они организовывали протест?
– Кто вам сказал, что они организовывали протест? Я этого не наблюдал, если вы наблюдали, значит, это вы должны пояснить суду.

Судья Конституционного суда Ингушетии Ибрагим Доскиев отметил, что подписанное соглашение противоречило Конституции Республики Ингушетия.

По словам представителя ингушской диаспоры в Испании Рамзана Султыгова, большинство диаспор публично высказали свое негативное мнение по соглашению. Характеризуя подсудимых, Рамзан сказал: «Я не представляю, какой экстремист из работника Красного Креста или из поэта».

Пожалуй, самой сильной репликой заседания стал следующий его месседж: «Эти люди ни в чем не виноваты, это во-первых. Во-вторых, я знаю тысячу людей, которые сегодня готовы прийти сюда и сесть вместо них. И я один из этих людей. Мы готовы, потому что мы абсолютно уверены, что они безвинно сидят».

Руководитель ингушского национально-культурного центра «Даймохк» в Пригородном районе Альберт Дарбазанов, вспоминая о событиях, ставших причиной ареста, рассказал: «Я как председатель общественной организации своим соратникам, ни одному человеку, не сказал: «Пойдемте со мной». Хотя, когда выходил на площадь, я не знал, вернусь ли я домой. Я искупался, сделал омовение и вышел на площадь. А когда я туда пришел, я увидел, что на площади все мои соратники». Альберт пояснил прокурору смысл слова «ДАКАНЦА». Размещаю его пояснение на случай, если кто не в курсе.

Фото и текст: Дарья Корнилова/Facebook

4.5 4 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии