Ингушское отделение партии «Гражданская инициатива» выступило 14 июля с заявлением, о выдвижении кандидатуры общественно-политического деятеля Магомеда Хазбиева на пост главы Ингушетии и анонсировало сбор подписей в его поддержку.
Как сообщил «Фортанге» представитель оргкомитета отделения партии Руслан Албаков-Мяршхи, уже собрано уже порядка 20 тысяч подписей. В оргкомитете рассчитывают собрать хотя бы 60 тысяч. По словам Албакова-Мяршхи, сама по себе процедура сбора подписей — одна из немногих оставшихся законных акций, с помощью которой можно высказать свою политическую позицию.
Об итогах региональной и федеральной политики властей в Ингушетии и целях выдвижения корреспондент «Фортанги» поговорил с Магомедом Хазбиевым.
— Магомед, расскажите, каким будет процесс утверждения вас, как кандидата, в президенты?
— Оргкомитет регионального отделения партии «Гражданская инициатива» собирает подписи в поддержку выдвижения моей кандидатуры. Как я предполагаю, в идеале нам понадобится собрать 50% подписей от общего числа избирателей Ингушетии (численность избирателей по состоянию на 1 января 2024 года составляет 246 177 человек — прим. ред.). Но, сколько бы мы не собрали, подписи мы направим в администрацию президента России. Как вы понимаете, в Ингушетии нет прямых выборов главы республики, список кандидатов утверждается в Москве президентом страны, а не Центральной избирательной комиссией. Посмотрим, что из этого получится.
— Собрать такое количество подписей потребует большого труда, в том числе, наверное, агитационной работы и встречи с народом. Планируете ли вы проводить такие мероприятия?
— Это сложный этический вопрос. В нашем обществе не принято себя выпячивать, хвалить себя, и это меня удерживает. В то же время, мои соратники говорят, что проводить встречи с населением с целью агитации за самого себя необходимо – в этом случае нет ничего такого, что было бы воспринято нашими людьми как нарушение этики. Но организационно это тоже потребует немалых усилий.
— Как вы сами оцениваете результаты деятельности нынешней ингушской власти, федеральной политики? И что можно было бы улучшить в Ингушетии?
— Результат мы видим такой, что прошло больше 30 лет с тех дней как наши люди были вынуждены покинуть Пригородный район, но в республике до сих пор есть семьи беженцев, живущие в вагончиках и бараках, 20 лет в республике не решается проблема водоснабжения, кто бы ни был главой республики.
В Ингушетии по-прежнему не расследуются дела по похищенным людям, не устанавливаются силовики, которые устраивали заезды в поселки и выбирали жертв для похищения. Нами правят назначенцы и приспособленцы и это корень наших бед.
Улучшить Ингушетию могло бы возвращение прямых выборов главы республики, которые у нас отняли в 2009 году через VI-й съезд Ингушского народа, организованный Евкуровым и куда допустили только лояльных представителей. Они проголосовали за то, что, дескать, не нужны нам народные выборы, когда есть народные избранники. Этот съезд был спектаклем, поставленный тогдашним главой Ингушетии Юнус-беком Евкуровым.
О том, перед кем он понимал свою ответственность как глава республики он четко дал понять в интервью журналу «Власть» в 2009 году – он сказал: «Меня на высший пост выдвинули федеральные власти, потому здесь на месте я никому не обязан». И я уверен, так будет мыслить каждый глава Ингушетии, который будет добиваться власти через Москву.
Дошло до смешного, что даже в Чечне сохранили прямые выборы главы республики. Президента страны тоже избирает народ, в том числе жители Ингушетии. Но ингушам, получается, не доверяют выборы главы Ингушетии.
— Есть ли возможность добиться оправдания, либо досрочного освобождения политзаключенных «ингушского дела«?
— От нынешней власти мы этого точно не добьемся. Как только мы эту тему поднимаем, власти говорят: «Они сидят по закону». Мы ведь помним слова Евкурова из секретной аудиозаписи, где он признается, что убил бы 5-10 тысяч ингушей». И ведь он был одним из инициаторов ареста наших лидеров протеста.
Чтобы мы могли добиваться освобождения и оправдания лидеров ингушского протеста, люди должны перестать поддерживать действующую власть, должны настаивать на народном выборе. Еще ни один ингуш, одевший мундир, не принес пользы ингушскому народу. Но люди из раза в раз ожидают от таких глав чего-то хорошего.
— Какие у вас ожидания на собственные шансы и кем, по-вашему, будут конкуренты на выборах?
— Как я уже сказал, мы понимаем в какой стране мы живем и помним, что нас лишили право самим выбирать главу республики в 2009 году. Понятно, что федеральный центр будет утверждать в качестве кандидатов тех, кто их устраивает. И мы знаем, что депутаты парламента Ингушетии проголосуют как им скажут. Для этого и отменили народные выборы, чтобы это был полностью предсказуемый для власти процесс.
Что же до конкурентов, то я не знаю кого утвердят в качестве кандидатов. Никто в Ингушетии этого не знает. Будет ли снова главой Ингушетии Махмуд-Али Калиматов, или выдвинут другого человека. Народная молва называет разные фамилии. Возможно кто-то действительно суетится, заносит деньги в кабинеты. где это все решается в надежде договориться, но это только слухи. Опять же, мы ничего не знаем именно потому что народ Ингушетии и депутаты отодвинуты от этого процесса. Нас лишили права влиять на судьбу своей республики.
На сегодняшний день мы знаем только, что выборы главы Ингушетии депутатами Народного собрания пройдет 8 сентября. Наше же задача – включиться в этот процесс.
