При распаде единой Чечено-Ингушской Республики на два субъекта, Чеченскую и Ингушскую Республики, остро встал вопрос о территориальном размежевании.

В конце 1991 года в Ингушетию прибыла на нескольких автобусах большая чеченская делегация во главе с Председателем Мехк-Кхел Чеченской Республики Ичкерия Сейд-Ахмадом Адизовым. В здании райисполкома Сунженского района состоялась встреча этой делегации с представителями Ингушетии. На встрече от ингушской стороны присутствовали имам мечети станицы Орджоникидзевской Мухлоев Яхья Хусенович, Председатель исполкома Сунженского районного Совета народных депутатов Маштагов С, Председатель Народного Совета Ингушетии Бексолт Сейнароев и другие.

В своем вступительном слове Б. Сейнароев приветствовал делегацию братского чеченского народа. Он подчеркнул, что рад прибытию такой многочисленной делегации, поскольку это обнадеживает: наконец, представится возможность прорвать блокаду в средствах массовой информации Чечни и довести до простого чеченского народа аргументированную и четкую позицию Ингушетии по размежеванию территории между Чечней и Ингушетией. Дело в том, что средства массовой информации Чеченской Республики были для нас, ингушей, в то время совершенно недоступны, мы не имели ни малейшей возможности излагать чеченскому народу свою обоснованную и скромную позицию по данной важной для наших народов проблеме. Далее Б. Сейнароев сказал, в чем, по его мнению, необоснованность и несправедливость требований чеченских лидеров в определении границы по состоянию на 1934 год.

Глава чеченской делегации Председатель Мехк-Кхел Чечни Сейд-Ахмад Адизов не согласился с позицией ингушей. По его мнению, граница между сторонами должна быть определена такой, какой она была в 1934 году, когда Чеченская и Ингушская автономные области были объединены.

В связи с изложенным ингушский народ сформировал делегацию для ведения переговоров по шариатским канонам и, таким образом, наконец, решить проблему территориального размежевания между Ингушетией и Чечней в шариатском суде.

В состав ингушской делегации вошли наиболее подготовленные и известные богословы Ингушетии, крупные ученые-историки, представители национального движения за возрождение ингушской государственности.

Вот их имена.

1. Муцольгов Осман Ахлоевич — имам мечети в г. Назрань, руководитель делегации;

2. Мухлоев Яхья Хусенович — молла, имам Сунженской мечети;

3. Евлоев Суламбек Шахботович — молла, г. Назрань;

4. Цечоев Дауд Чарсиевич — молла, г. Грозный;

5. Могушков Магомед — молла, село Насыр-Корт;

6. Муталиев Тимерлан Хаджибекарович — историк, профессор, г. Грозный;

7. Мужухоев Макшарип Багаудинович — доктор исторических наук, профессор, г. Грозный;

8. Акиев Хасолт Алхастович — кандидат исторических наук, г. Грозный;

9. Умаев Юсуп Орцхоевич — станица Орджоникидзевская. Свидетель по станице Ассиновской;

10. Гарданов Хамар Хамидович — селение Алхасты. Свидетель по станице Нестеровской;

11. Мазиев Микаил Джабраилович — журналист, г. Назрань. Свидетель по орстхоевским вопросам, председатель общественной организации «Вошал»;

12. Мержоев Ахмедхан Мурцалиевич — станица Орджоникид¬зевская. Свидетель по границе Сунженского и Ачхой-Мартановско-го районов;

13. Мержоев Абдул — село Сагопши. Свидетель по границе Малгобекского района и по всем орстхоевским вопросам;

14. Мержоев Шамсутдин — село Сагопши. Свидетель по станице Ассиновской и по границе Малгобекского района;

15. Дидигов Зелимхан — г. Грозный. Свидетель по общей границе Ингушетии;

16. Гарданов Багаудин — г. Назрань. Свидетель по городу Карабулак;

17. Сусуркиев Хаджибекар — село Сагопши. Свидетель по границе Бамута и Ачхой-Мартану;

18. Мержоев Магомед-Гирей — село Сагопши. Свидетель по границе Малгобекского района, по другим орстхоевским вопросам;

19. Дербичев Магомед-Гирей Халилович — село Алхасты. Свидетель по станице Троицкой;

20. Куштов Якуб Юсупович — г. Владикавказ. Свидетель по всем вопросам границы;

21. Гандалоев Баматгирей Ильясович — ответственный за организацию работы делегации при ведении переговоров по вопросам границы.

В начале января 1992 года в городе Грозный состоялась рабочая встреча руководителя ингушской делегации имама Османа-Хаджи Муцольгова и ряда имамов мечетей сел Ингушетии с руководстве Мехк-Кхел Чечни Сейд-Ахмадом Адизовым и в муфтияте с Муфтием Чечни Арсанукаевым Мухьмад-Баширом Тасуевичем — человеком объективным и высокопорядочным. В организации встречи активно участвовал член Президиума Народного Совета Ингушетии Юсуп Хадисович Героев.

На предварительных встречах ингушская сторона аргументировала факт принадлежности Ингушетии территорий трех районов Назрановского, Сунженского (за исключением села Серноводское, заселенного в основном чеченцами) и Малгобекского, заселенного в основном ингушским населением.

Как мы уже отмечали, лидеры Чечни заявляли, что разъединение Чечни и Ингушетии должно осуществляться по границе, существовавшей в 1934 году при объединении советской властью Чеченской и Ингушской автономных областей. На первый взгляд, вроде бы логично, а на самом деле — экспансионистское лукавство, попытка заморочить головы простых людей ложными аргументами.

Позиция же ингушской стороны заключалась в том, что на Северном Кавказе границы, особенно в первые годы советской власти, менялись часто по усмотрению органов власти, произвольно, без учета воли проживающих там народов. Все решала другая воля политическая, партийная. Власть попросту реализовывала очередной замысел, согласно которому либо создавался, либо, наоборот упразднялся тот или иной административный округ, либо соединялся с другим, соседним.

Территория обитания этноса, сложившаяся на протяжении веков, так легко меняться не может. Рано или поздно волевые решения и произвольные действия властей по отмене «старых» границ или нарезке «новых» дают о себе знать. Происходит это, как правило, в неспокойные времена и всегда чревато социальными взрывами и политическими потрясениями.

В нашем случае необходимо было учитывать, в каких границах Чечня вошла в состав Горской Автономной Советской Социалистической Республики (ГАССР) и в каких она вышла из нее в 1922 году; в каких границах она существовала до 1929 года, когда советская власть ее объединила с Грозным и образованным в 1924 году Сунженским Казачьим округом с ингушскими селами, переименованными царской властью в казачьи станицы. Исторический подход в решении проблемы границ необходим был для того, чтобы разобраться в проблеме во всей ее глубине и сложности, и только потом вынести взвешенное и справедливое решение.

Всего четыре года, с 1929 по 1933 год, Сунженский район с ингушскими селами входил в состав новой объединенной с городом Грозным и Сунженским Казачьим округом Чечней, а во все остальные годы советской власти — это территория единой Чечено-Ингушетии.

Следует помнить и учитывать также и то, что с 1 марта 1921 года в составе Горской АССР на территории Ингушетии были образованы Ассиновская, Ачалукская, Базоркинская, Граничная, Надтеречная, Назрановская, Пседахская, Сунженская, Экажево-Сурхохинская волости (административно-территориальная единица в сель-ских местностях в России и СССР до районирования. — Б.С.) и горные Хамхинское и Цоринское общества .

Кроме того, важным фактором является и то общеизвестное обстоятельство, что за годы советской власти после восстановления в 1957 году ЧИ АССР и до развала СССР (1991) бесспорно ингушскими признавались и фактически являлись Назрановский, Сунженский и Малгобекский районы. Это подтверждается партийными и правительственными актами того времени, создававшимися избирательными округами по выборам депутатов в Верховный Совет ЧИ АССР, РСФСР, СССР, в Совет Национальностей, а также другими документами. Правоту этих документов подтверждает и национальный состав проживающего в этих районах населения — абсолютное большинство ингушей.

В официальном заключении Комиссии Совета Национальностей Верховного Совета СССР под председательством депутата А.М. Белякова от 22 ноября 1990 года по обращениям ингушского населения указано, что в настоящее время 140 тысяч ингушей живет в трех районах ЧИ АССР — в Назрановском, Малгобекском и Сунженском, а это составляет три четверти населения этих районов. Данное Заключение обсуждалось и подписано депутатами, членами этой Комиссии и руководством Чечено-Ингушетии и Северной Осетии.

Наконец, одну треть (5 тысяч кв. километров) нынешней территории Чеченской Республики составляет полученная в компенсацию отнятого в 1957 году ингушского Пригородного района территория трех районов Ставрополья (Наурского, Шелковского и Карагалинского), которые и сейчас входят в состав Чечни. Районы расположены чересполосно на сотни километров от Ингушетии. Ингуши там никогда не жили и не живут. Ингушский народ никогда и никому не давал согласия на отчуждение части своей Родины. А чужая земля ингушам не нужна.

Руководитель ингушской делегации Осман-Хаджи Муцольгов поручил члену делегации Баматгирею Ильясовичу Гандалоеву поехать в город Грозный и передать руководству Мехк-Кхел Чечни официальное приглашение ингушского народа чеченской нации для разрешения в шариатском суде всех вопросов территориального размежевания между братскими народами — чеченцами и ингушами.

В Грозном во Дворце Президента Чеченской Республики Б.И. Гандалоев встретился с руководителем Мехк-Кхел Сейд-Ахма-дом Адизовым во время заседания Мехк-Кхел, на котором присутствовало не менее 50 человек, и передал приглашение на рассмотрение территориального спора между Чечней и Ингушетией по канонам шариата.

Чеченской стороне было предоставлено право выбирать место рассмотрения спора. Это могла быть либо Чечня, либо Ингушетия.

Чеченская сторона в ответ на указанное приглашение заявила, что им нужно посоветоваться с Президентом Чеченской Республики Ичкерия Джохаром Дудаевым, на что необходимо время — три дня.

Прошло три дня. По истечении согласованного срока Б.И. Гандалоев обратился за ответом. Председатель Мехк-Кхел Чечни Сейд-Ахмад Адизов сообщил Б.И. Гандалоеву, что Президент Чеченской Республики Ичкерия Д. Дудаев не согласился с передачей спора на разрешение шариатского суда и в связи с этим предложение ингушской стороны по указанной проблеме отклоняется чеченской стороной…

Получив указанный отрицательный ответ, Гандалоев Б.И. сообщил чеченской стороне, что имам Осман-Хаджи Муцольгов просил передать руководству Мехк-Кхел Чечни и Муфтияту, что в случае отказа от приглашения на основе шариата разрешить спорные вопросы им необходимо будет заново има дылла (принять веру). Данный вывод основан на положении Ислама о том, что, если ответчик категорически отказывается от предложения истца разрешить спор в шариатском суде, то он выбывает из Ислама.

Вот так завершился переговорный процесс по территориальному размежеванию между Ингушетией и Чечней

Из книги Бексолта Сейнароева “На трудном пути создания Ингушской Республики”.

Фото: Тимур Агиров

0 0 vote
Article Rating
Подписаться
Уведомление о
guest
2 Комментарий
Oldest
Newest Most Voted
Inline Feedbacks
View all comments
Напоминатель
Напоминатель
1 год назад

44. …Те же, которые не принимают решений в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, являются неверующими.

45. …Те же, которые не принимают решений в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, являются беззаконниками.

47. …Те же, которые не принимают решений в соответствии с тем, что ниспослал Аллах, являются нечестивцами.

Коран “Сура 5 “Трапеза”

1933
1933
1 год назад

Им бесполезно говорить что нибудь и доказывать. НЕТУ в этом мире справедливости в россии тем более.