16 января исполнилось 48 лет с начала митинга в Грозном. Тогда, в 1973 году жители Чечено-Ингушской АССР из числа ингушей вышли на улицы. Они требовали улучшения социально-экономического положения региона, а главное – передачи Пригородного района в состав автономии, который находился в Северной Осетии. Власти СССР вместо переговоров прислали солдат и пожарных, которые разогнали мирную акцию с помощью дубинок и водометов. Это было в тоталитарном СССР, а в нынешней “свободной и демократической” Российской Федерации власти не только разогнали, но и занялись активным преследованием участников митинга 27 марта 2019 года. Аналогии не в пользу современности.

Если немного углубиться в историю, то в СССР такая административно-территориальная единица как Чечено-Ингушская автономная советская социалистическая республика была создана в 1936 году. Несмотря на то, что десятки тысяч вайнахов пошли на фронта Великой Отечественной войны, в 1944 году жителей региона массово депортировали в Казахстан и Среднюю Азию, под предлогом нелояльности советской власти и пособничеству оккупантам. Тогда же Чечено-Ингушетия была упразднена и восстановлена лишь в 1957 году. Однако в ее состав не вошел ранее имевшийся Пригородный район, отошедший Северной Осетии.

С того момента ингушское население автономии постоянно терпело дискриминацию. Оно не только лишилось своей территории, но и находилось в худшем социально-экономическом положении на всем Северном Кавказе. Большая часть ингушей проживала в Сунженском, Назрановском и Малгобекском районах и занималось в основном архаичным сельским хозяйством. Многие были вынуждены в поисках заработка уезжать в другие регионы, ибо в этих районах с 1957 года построили всего два промышленных предприятия:трикотажная фабрика в Назрани и завод «Электроинструмент». На фоне индустриализации большей части СССР ингуши находились в состоянии ремесленно-аграрного уклада хозяйственной жизни, а мужчины, по большей части, выезжали в другие регионы на “заработки”.

Долгие годы представители партийных кругов и интеллигенции из числа ингушей пытались высказать проблемы руководству автономии. Однако никто не обращал внимания. Тогда в 1972 году 27 ингушей-коммунистов направили обращение в ЦК КПСС, в котором высказали все накопившиеся проблемы.
После этого на авторов и поддерживавших их людей начались гонения: их увольняли с работы с обвинениями в национализме и дискредитации советской действительности.

Но преследования не остановили активистов и вскоре уже представители ингушской интеллигенции: Ахмед Гадзиев, Султан Плиев, Идрис Базоркин, Ахмед Куштов и Джабраил Картоев направили второе письмо, а затем даже отправились на встречу к самому генсеку Леониду Брежневу. Принявший делегацию помощник секретаря ЦК КПСС Евгений Разумов сообщил, что требования о возвращении Пригородного района и экономической помощи беспочвенны.

Разумеется, гонения начались с новой силой, от людей как от еретиков требовали отречься от своих «националистических» убеждений под угрозой исключения из партии, увольнения с работы и отчисления из образовательных учреждений.

В конце концов, ингуши решили выйти на улицы и 16 января 1973 года в Грозном прошел мирный митинг. Люди приехали со всех концов автономии несмотря на холода (в эти дни стояли нетипичные для Чечено-Ингушетии морозы), перекрытие дорог и даже остановку поездов со стороны властей. Выступающие требовали вернуть Пригородный район, либо разрешить в нем ингушские поселения. Выдвигались даже инициативы по созданию Осетино-Ингушской или Ингушской АССР. Митинг продолжался три дня: участники вели себя абсолютно корректно, в рамках закона, отсутствовали даже признаки хулиганства, повсюду мелькали портреты советских вождей.

Мирную акцию разогнали в ночь на 19 января. Для этого прислали вооруженных солдат и пожарных, обливавших людей холодной водой в суровую зиму. Не только лидеры протеста, но и рядовые участники подверглись травле, увольнениям и другим репрессивным мерам. Были исключены из партии и подверглись гонениям, как названные пятеро авторов письма в ЦК КПСС, так и многие другие активисты национального движения: Беслан Костоев, Магомед Ахильгов, Багаудин Сампиев, Айна Мартазанова и сотни других. Были уволены даже рядовые рабочие предприятий, учреждений и организаций. Тогда во всех партийных организациях, трудовых коллективах прошли партийные и общие собрания, на которых, кто под давлением, кто с радостью в ожидании поблажек по служебной линии давал «отпор националистическим позициям» организаторов и участников митинга.

Более того, впоследствии уже в Северной Осетии произошли антиингушские погромы. В 1979 году их смогли пресечь сотрудники КГБ, а в 1981 году во Владикавказе (на тот момент Орджоникидзе) прошел митинг, на котором участники избивали ингушей, громили их магазины, сжигали машины. В дальнейшем межнациональные конфликты стали почти обыденностью: они не закончились с распадом СССР и приобрели новые нюансы.

В 2018-2019 годах история повторилась. С октября 2018 по март 2019 года ингуши вновь выходили на мирный митинг и также пытались отстоять свои права. Они выступали против пограничного соглашения, которое без публичных слушаний и референдума заключили главы Ингушетии и Чечни Юнус-Бек Евкуров и Рамзан Кадыров. Ингушетия лишилась около 12% своих земель.

Но 27 марта власти спровоцировали беспорядки и столкновения между протестующими и силовиками. В результате административному наказанию подверглось более 200 человек, а уголовному — более 40 человек. Порядка 30 уже получили реальные сроки по обвинению в насилии к полицейским и росгвардейцам (при этом никто из них не пострадал). Еще больше людей подверглись обыскам, штрафам, увольнениям с работы. На скамье подсудимых по надуманным обвинениям находятся семеро лидеров протеста: Ахмед Барахоев, Малсаг Ужахов, Муса Мальсагов, Барах Чемурзиев, Багаудин Хаутиев, Зарифа Саутиева, Исмаил Нальгиев. Их обвиняют в тяжелых статьях уголовного кодекса — адвокаты и правозащитники считают обвинения против них беспочвенными. Экс-министр МВД Ахмед Погоров находится в федеральном розыске. Часть активистов: Магомед Муцольгов, Абдул-Хамид и Изабелла Евлоевы, Ахмед Бузуртанов вынуждены скрываться в эмиграции за границей. А 13 сотрудников ППС, которые не допустили кровопролития и обострения обстановки на митинге в марте 2019 года, уволены с работы.

Деятельность гражданского общества Ингушетии практически парализована. Власть негативно реагирует на любые проявления активизма, жестко блокирует их подвергает репрессиям НКО и лидеров гражданского общества. Ряд общественных организаций ликвидирован, в том числе и муфтият, Совет Тейпов, ИКНЕ, занявшие активную позицию во время протестов 2018-2019 года. Все это стало местью со стороны государства непослушным ингушам.

Как видим, СССР образца 1970-х гг. был более гуманен и законопослушен. В то время при официальном запрете публичных акций и недопустимости плюрализма мнений людей не держали годами в СИЗО, не ломали им судьбы и жизни. Что, к сожалению, массово происходит сегодня, в так называемой «Российской Федерации».

0 0 голос
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии