31 января исполняется четыре года со дня ухода из жизни Бексултана Магомедовича Сейнароева — человека, который не просто стоял у истоков ингушской государственности, но и до последнего вздоха оставался ее совестью и защитником.
Юрист, ставший лидером нации
Бексултан Сейнароев родился 20 мая 1938 года в Ингушетии, в селе Берешки Галашкинского района. Его биография — это путь от заводского юрисконсульта до судьи Высшего Арбитражного Суда РФ, от доцента Грозненского нефтяного института до первого доктора юридических наук среди ингушей и чеченцев. К концу 1980-х он был состоявшимся ученым-правоведом, автором более ста научных работ, в том счиле, публиковавшихся за рубежом. Казалось, перед ним открывалась спокойная академическая карьера.
Но история распорядилась иначе. Когда Северный Кавказ забурлил в преддверии распада СССР, Чечня объявила о независимости, а вопрос о государственности Ингушетии повис в воздухе, именно Сейнароев стал тем человеком, который смог перевести стихийное национальное движение в русло правового диалога с федеральным центром.
Грозовые 90-е: рождение республики
В сентябре 1989 года на Втором съезде ингушского народа в Грозном Бексултан Сейнароев был избран в Оргкомитет по восстановлению ингушской государственности. Уже 30 декабря того же года он единогласно стал его председателем. Это был не просто административный пост — это была колоссальная ответственность перед народом, пережившим депортацию и мечтавшим о восстановлении справедливости.
В октябре 1991 года Третий Общенациональный съезд ингушского народа избрал Сейнароева председателем Народного Совета Ингушетии — органа, признанного единственным правомочным представлять интересы ингушей в вопросах возрождения государственности. 790 делегатов отдали ему свои голоса, доверив самое главное — будущее нации.
Под его руководством национальное движение действовало не лозунгами, а законами и переговорами. Сейнароев стал одним из ключевых экспертов и участников правовой доработки закона Закона РСФСР «О реабилитации репрессированных народов» от 26 апреля 1991 года и Закона РФ «Об образовании Ингушской Республики в составе РФ» от 4 июня 1992 года.
По воспоминаниям современников, его профессионализм произвел такое впечатление на президента России Бориса Ельцина, что тот пообещал не подписывать закон о реабилитации репрессированных народов, пока Сейнароев лично не примет участие в его доработке. Это было признание масштаба личности — когда глава огромной страны ждет экспертного мнения представителя небольшого народа.
30 ноября 1991 года под руководством Сейнароева было проведено народное голосование (референдум) о создании Ингушской Республики в составе России. Голосование прошло не только на территории будущей республики, но и в местах компактного проживания ингушей в соседних регионах, в том числе за пределами РСФСР — в условиях жесточайшего противодействия. Результаты этого референдума стали юридическим основанием для исторического решения 4 июня 1992 года.
«Тем, что мы, ингуши, добились создания своей государственности. Благодарен Всевышнему — Аллаху, по воле которого возникла наша государственность, а это гарантия сохранения и развития языка, культуры, и в конечном счете, сохранения нации», — так Бексултан Магомедович отвечал на вопрос о главном деле своей жизни.
Принципиальность как образ жизни
После создания республики Сейнароев не отошел в тень. Он продолжал работать судьей Высшего Арбитражного Суда РФ, получил звание «Заслуженный юрист РФ», был награжден высшей наградой Ингушетии — орденом «За заслуги». Но главное — он не переставал быть совестью ингушского народа.
Когда в марте 2019 года накануне митинга в Ингушетии разразился политический кризис из-за попыток тогдашнего главы Ингушетии Юнус-бека Евкурова изменить закон «О референдуме», именно Сейнароев возглавил обращение московской ингушской общины к властям республики. «Попытки изменить существующие законы ни к чему хорошему не приведут», — предупреждал он, призывая к соблюдению законодательства и диалогу.
В апреле 2019 года, после задержания участников митинга, Евкуров предложил Сейнароеву другим лидерам мнений встретиться для обсуждения ситуации. Встреча должна была пройти в Постпредстве Ингушетии в Москве, но Бексултан Магомедович отказался — это была территория Евкурова, позже объяснял он свой отказ. Встретились на нейтральной площадке — в доме Билана Хамчиева.
Очевидец вспоминает: когда Сейнароев вошел, один из присутствовавших с Евкуровым чиновников чуть приподнялся и слегка кивнул головой, а не встал во весь рост, как полагается приветствовать вошедшего по ингушскому этикету. «Подними свой зад! ГIалгIай здел дицденнад хьона?» — резко оборвал его Бексултан. Затем прошел во главу стола и сел. По словам собеседника, после этого сопровождавшие Евкурова «поникли».
На встрече Сейнароев жестко осудил репрессии против арестованных участников протестной акции и напомнил Евкурову о личной ответственности: «Не дай Бог, с кем-нибудь из задержанных что-либо случится в местах заключения — тебе весь ингушский народ объявит месть». Он подчеркнул, что в этом случае ответственность ляжет не только на главу республики лично, но и на его тейп.
Ответ Евкурова поразил всех присутствующих своей дерзостью: он заявил, что тейп Евкуровых готов к противостоянию с ингушским народом, и на каждого несогласного они готовы выставить трех Евкуровых, вспоминает очевидец.
Но Бексултан Магомедович не растерялся: «В этом случае каждый ингуш выставит по одному человеку, равному трем Евкуровым». ПРисутсвующие замерли, вспоминает собеседник: «Сейнароев одной фразой поставил на место зарвавшегося чиновника, напомнив ему о достоинстве народа, который нельзя запугать и унизить.
Это был не пустой гнев пожилого человека — это был голос создателя республики, который не желал видеть, как ее разрушают изнутри. Голос патриота, для которого интересы нации всегда были превыше личных отношений и политической конъюнктуры».
Завещание
До последних дней Бексултан Магомедович не терял веры в будущее Ингушетии. На вопрос о том, что он пожелает своей малой родине, он отвечал:
«Чтобы республику возглавил человек, способный убедить руководство России в необходимости осуществить права ингушского народа. Права, антиконституционно нарушенные тотальной депортацией народа в феврале 44-го года. Человек, у которого должно хватить патриотизма, совести, мудрости последовательно убеждать руководство РФ в обоснованности своих требований. Работа эта должна вестись в пределах полномочий постоянно, даже в момент ужина на берегу моря во время отпуска. И у этого руководителя должно быть понимание того, что в своей работе нужно опираться на общественные организации, которые работают во имя восстановления справедливости и добрососедства».
Это было не просто пожелание — это была программа, выстраданная десятилетиями борьбы. Программа человека, который понимал: государственность — не самоцель, а инструмент защиты и развития народа.
31 января 2022 года Бексултан Магомедович Сейнароев ушел из жизни. Остались его труды по гражданскому праву, законы, которые он помог создать и фундамент республики, заложенный тяжелые годы ее становления.
Но главное — остался пример несгибаемости. Пример человека, который в 1989 году поднял народ на мирную борьбу за права, а в 2019-м, уже в преклонном возрасте, не побоялся смотреть в глаза власти и говорить правду. Который всю жизнь служил не должностям и наградам, а своему народу.
*Бексултан Магомедович Сейнароев (1938-2022) — доктор юридических наук, профессор, академик МАИ ООН, судья Высшего Арбитражного Суда РФ (в отставке), Заслуженный юрист РФ, первый председатель Оргкомитета по восстановлению ингушской государственности, председатель Народного Совета Ингушетии. Имел двух сыновей и двух дочерей.*
